Рейтинги как инструмент бенчмаркинга на международных рынках образования и исследований

Рейтинги как инструмент бенчмаркинга на международных рынках образования и исследований

‹ Светлана ШЕНДЕРОВА ›

Обеспечение качества работы вузов [1] является решающим фактором в завоевании передовых позиций на международных рынках высшего образования и исследований. Наиболее известными формализованными ориентирами качества на указанных рынках являются мировые рейтинги университетов. В статье автором рассмотрены возможности их использования вузами как инструмента сравнения лучших практик и повышения качества управления с целью позиционирования на международных рынках образования и исследований.

Рейтинги вузов, как общие, так и по сферам наук, можно подразделить на:

  • рейтинги вузов (глобальные, региональные, национальные);
  • рейтинги образовательных программ (глобальные, региональные, национальные);
  • рейтинги цитируемости в электронных и иных источниках.

Первоначальной целью рейтингов было создание ориентиров для формирования государственной политики в области образования и науки. Не случайно рейтинги появляются в период резкого сокращения государственных расходов в бюджетах ведущих мировых держав. Так, в 1983 г., в период рейганомики, в США появляется первый рейтинг – Американских колледжей и университетов, разработанный авторитетным в деловых и государственных кругах журналом U.S. News & World Report. Исследования Research Assessment Exercise (RAE) [2], появившиеся в эпоху тэтчеризма (с 1986 г.) служили публичным обоснованием государственной политики Великобритании по сокращению расходов на высшее образование.

К истории вопроса

В середине 1990-х гг. рейтинги из инструмента внутригосударственной научно-образовательной политики становятся инструментом межстранового бенчмаркинга (сравнения лучших практик). Страна, желающая сосредоточить у себя главный ресурс постиндустриального общества – знания и информацию, в т.ч. управленческие решения по использованию знаний – стимулирует свои вузы к тому, чтобы они соответствовали тому уровню организации всех видов академической деятельности, который присущ ведущим университетам мира.

Институт высшего образования Шанхайского университета Яо Тонг (Institute of Higher Education, Shanghai Jiao Tong University), созданный пo инициативе китайского правительства в 2003 г. “предпринял попытку ранжировать академическую и научную деятельность исследовательских университетов мира для того, чтобы оценить разницу между китайскими университетами и университетами мирового класса” [3]. Результатом стал рейтинг ARWU-500 (Academic Ranking of World Universities), более известный как Шанхайский, который за короткий срок стал одним из престижнейших рейтингов исследовательских университетов мира.

Именно экономическая конкуренция в мировом масштабе, эволюция миропорядка в направлении многополярности, определяет создание мировых рейтингов вузов, в том числе по сферам наук. Благодаря таким рейтингам становится более четкой картина первенства той или иной страны/региона в той или иной отрасли, как государству, так и бизнесу видны перспективные направления инвестиций в образование и науку, прорывы того или иного государства.

Именно этим объясняется ориентация современных рейтингов не только на потребности государственной политики (уже не только внутренней, но и международной), но и на потребности бизнеса. Так, например, рейтинги образовательных программ бизнес-школ The Financial Times (с 1998 г.) составляются при активнейшем участии мировых транснациональных корпораций, к которым можно отнести и само издание, публикующее рейтинги.

О деньгах и умах

Потребность в рейтингах возрастает вместе с усилением борьбы мировых экономических центров за основные ресурсы постиндустриального общества – за знания, информацию и труд их носителей – наиболее квалифицированные кадры, способные обеспечить не только инновационные прорывы, но и адекватные управленческие решения его реализации.

Деньги и умы направляются туда, где созданы наилучшие условия для воспроизводства высококвалифицированных специалистов, т.е. в университеты, обеспечивающие наилучшее качество высшего образования и исследований. Таким образом, в мировом масштабе не столько университеты конкурируют за финансирование, сколько “потребители” результатов образовательной и научной деятельности ищут наилучшие пути вложения средств.

Средства направляются в университеты по следующим каналам:

  • государственное финансирование (федеральное и региональное) вузов;
  • система государственных займов на образование;
  • гранты частных, национальных и наднациональных фондов на научные исследования, в т.ч. в ходе реализации образовательных программ;
  • гранты на академические и студенческие обмены в ходе реализации международных образовательных программ со значительной долей научной деятельности магистров и аспирантов;
  • государственный заказ на научные исследования, в т. ч. разработки, для военно-промышленного комплекса и др.;
  • финансирование университетских научных разработок бизнесом;
  • университетское предпринимательство (бизнес-инкубаторы, патенты на изобретения, собственное наукоемкое производство и т.п.).

Оплата обучения студентами/обучающимися (которая в цивилизованных странах не является основной статьей доходов вуза) также весьма дифференцирована как по принципам оплаты, так и по ее источникам. Оплата основных образовательных программ достепенного уровня (бакалавриат) является для резидентов стран, сосредоточивших у себя наибольшее количество университетов, бесплатным или весьма льготным. Чаще все обучение резидентов оплачивают не сами студенты, а государство на федеральном и/или муниципальном уровне или наднациональные фонды. Кредиты на обучение также обеспечиваются государством. Полную стоимость обучения вносят лишь иностранцы – граждане стран, не относящихся к тому или иному мировому экономическому центру. Другими каналами, по которым в вузы поступает оплата обучения студентами/обучающимися, являются:

  • оплата обучения за счет работодателей;
  • оплата обучающимися программ повышения квалификации и переподготовки;
  • оплата образовательных программ, являющихся дополнительными к высшему образованию (в первую очередь программ MBA, ЕМВА, IMBA);
  • оплата работодателями корпоративных образовательных программ;
  • плата за проводимые вузами семинары, конференции, летние щколы, стажировки;
  • оплата студентами “сопутствующих” учебному процессу услуг и т.п.

Рейтинги университетов и бизнес-школ являются не только показателями качества оплаты вузов и управления ими; они демонстрируют концентрацию за счет различных каналов финансирования таких ресурсов как знания, информация и труд их носителей в той или иной стране, занимающей или желающей добиться ведущего положения в том или ином регионе/отрасли многополярной мировой экономики. Недаром существующие данные свидетельствуют о преобладании вузов США в мировых рейтингах, в частности в Шанхайском. Вместе с тем, выход за рамки первой двадцатки, не говоря уже об анализе распределения вузов по странам и регионам во всем Шанхайском рейтинге, говорит о том, что в мировом масштабе ситуация не столь однозначна.

Читайте также: От образования к занятости: взгляд ведущих мировых рекрутеров на современное состояние и перспективы университетов

Ha наш взгляд, именно рейтинги позволяют странам и вузам оценить свои возможности по дальнейшему прорыву в образовании и исследованиях и определить, где играют иную роль финансовые ресурсы, а где остается возможность творчески использовать управленческий опыт ведущих университетов мира. Ведь преобладание вузов той или иной страны на международных рынках образования и исследований обусловлено целым комплексом причин.

К таким причинам, на наш взгляд, в первую очередь следует отнести развитую нормативную базу функционирования высшего образования в США, цивилизованность финансовых отношений вуза, государства и тех, кто в той или иной форме финансирует университеты. Налоговые льготы бизнесу, вкладывающему деньги в эндаументы вузов и иные сетевые программы финансирования его деятельности, развитое патентное право, позволяющее университету и его сотрудникам получать полноценные доходы от НИОКР, низкое количество административных барьеров на пути вузовского предпринимательства, действенный, но не мелочный контроль всех аспектов деятельности вузов всеми заинтересованными сторонами, а не только государством, федеральное и региональное финансирование вузов, продуманные схемы кредитования студентов – все это складывается десятилетиями и образует ту институциональную среду, которая и дает возможность университетам обеспечивать высочайшее качество образования и исследований, в том числе за счет аккумулирования и распоряжения огромными финансовыми ресурсами.

Так, средний размер эндаумента американских вузов, руководители экономического блока которых входят в Национальную ассоциацию руководителей бизнеса колледжей и университетов США (National Association of College and University Business Office, NACUBO), составил в 2014-15 фискальном году почти 530 млрд долларов США [4]. Отметим, что было обследовано 812 американских вузов со средним размером эндаумент-фонда 652 млн долларов США.

Список лидеров Шанхайского рейтинга за 2015 год и список вузов, обладающих  наибольшими активами, очень близки по своему составу (табл. 1).

Таблица 1

Вузы-финансовые лидеры и вузы-лидеры Шанхайского рейтинга: сравнительный анализ

Университет Место в рейтинге ARWU-500, 2015 год [5] Место в списке NACUBO, 2015 год [4] Размер эндаумента, 2015 год (млрд долларов США) [4]
2015 год 2008 год
Гарвардский университет 1 1 36,5 36,6
Стэнфордский университет 2 5 22,2 17,2
Массачусетский технологический институт 3 6 13,5 10,1
Принстонский университет 6 4 22,7 16,4
Йельский университет 11 2 25,6 22,9

При такой впечатляющей разнице финансовой базы и внутригосударственной институциональной среды высшего образования и науки становится очевидным, что быстрое достижение вузами из постсоветских стран ведущих позиций в мировых рейтингах будет процессом длительным и непростым даже при условии адекватной поставленным целям эволюции институциональной среды высшего образования.

Специфические факторы успеха американских университетов

Вместе с тем опыт ведущих американских вузов демонстрирует, что повышение качества внутривузовского управления сыграло не последнюю роль в получении столь масштабной финансовой поддержки от государства и бизнеса. К специфическим факторам успеха вузов США, обеспечившим их значительное влияние на национальную, а впоследствии на мировую экономику, следует отнести прикладное образование в большинстве университетов, ориентированное на конкретные потребности бизнеса и региона расположения, четкое урегулирование отношений между разработчиками изобретений и вузами, также управление ведущими университетами как корпорациями. При всей специфичности этих обстоятельств и невозможности калькирования такого рода схем напрямую американский опыт не следует сбрасывать со счетов.

Так, например, введение в постсоветской высшей школе двухконтурной схемы управления “президент-ректор” дает возможность более широкой деятельности по привлечению средств в эндаумент-фонды. Именно это является главной обязанностью президента любого американского университета; в биографии каждого из них указаны цифры роста эндаумент-фонда за время пребывания в должности. Президенты вузов являются мощной лоббирующей силой в ходе формирования нормативной базы государственной политики в области высшего образования и науки. Взаимодействие президентов университетов с бизнесом, или даже шире, со всеми заинтересованными сторонами в первую очередь в регионе расположения вуза – мощный рычаг не только увеличения финансирования университета, и повышения его влияния на жизнь региона и страны в целом.

Принципы корпоративного управления, подразумевающие прозрачность бизнеса, в таком специфическом деле, как управление университетом, тоже могут быть взяты на вооружение. Прозрачность финансовой отчетности, ее доступность на собственном сайте вполне по силам обеспечить постсоветским вузам. Harvard University Factbook, ежегодно объявляемый отчет обо всех особенностях деятельности этого богатейшего университета мира, начинается с организационной схемы университета и содержит статистику, интересную всем – от родителей абитуриентов до представителей госструктур [6]. Исследование такого рода документации ведущих вузов мира и творческая адаптация их опыта может способствовать повышению качества управления в постсоветских университетах.

Это служит повышению доступности образования, улучшению контакта вуза со всеми заинтересованными сторонами, убеждает инвесторов в выгодности сотрудничества с вузом и способствует увеличению его финансирования. И это подтверждает опыт, извлекаемый из изучения управленческих практик университетов, стоящих на вершине мировых рейтингов.

[1] Под вузами мы будем понимать учебные заведения, которые реализуют образовательные программы и научную деятельность в области высшего и послевузовского образования, т. е. университеты, бизнес-школы, научно-исследовательские структуры, в которых возможно получение ученой степени. Таким образом, мы будем находиться в пределах англоязычной терминологии, где употребляется выражение “Higher Education Institution” (HEI).

[2] Shattock M. Managing Successful Universities. McGaw-Hill, 2003. PP. 3-7.

[3] Nian Cai Liu. The Story of Academic Rankings // International Higher Education. №54, winter 2009; N.C. Liu,Y. Cheng. Academic Ranking of World Universities – Methodologies and Problems // Higher Education in Europe. Vol. 30. № 2. 2005.

[4] 2015 NACUBO-COMMONFUND STUDY OF ENDOWMENT. U.S. and Canadian Institutions Listed by Fiscal Year (FY) 2015 Endowment Market Value and Change in Endowment Market Value from FY2014 to FY2015.

[5] Академический рейтинг университетов мира 2015.

[6] Harvard University Fact Book.

Сайт “Образовательные тренды” искренне благодарит автора за предоставленную возможность публикации статьи в обновленном формате.

ОРИГИНАЛ статьи: Светлана Шендерова. Рейтинги как инструмент бенчмаркинга на международных рынках образования и исследований: возможности для российских вузов (С. 235-239) // Повышение качества высшего профессионального образования: материалы Всероссийской науч.-метод. конф.: в 3 ч. Ч. 2 / отв. ред. С.А. Подлесный. – Красноярск : ИПК СФУ, 2009. – 303 с.

ШендероваСветлана ШЕНДЕРОВА
Доктор экономических наук, доцент
Директор Центра интернационализации высшего образования
Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого

Share